Суми: новини, події, коментарі

Нотехс - будівництво у Сумах

Сумы-Авдеевка. Из мирной жизни-в военную

547

Будни прифронтовой зоны глазами очевидца
Денис Ясинский
Авдеевка расположена в 20 километрах от Донецка. С лета 2014-го город подвергается массовым обстрелам, и многие жители вынуждены были выехать, чтобы сохранить свои жизни. Но, несмотря на обстрелы, в течение двух лет город живет, предприятия работают, разрушенные социальные объекты отстраиваются заново. Население воспрянуло духом, многие вернулись из эвакуации в родной город. Я расскажу о том, как живется в прифронтовой Авдеевке.

Дети играют в футбол
Мой путь начинается по трассе Красноармейск-Донецк. Во время поездки я познакомился с офицером ВСУ, с которым и продолжаю путь дальше. Дорога идеальная, спасибо Евро-2012. До Селидово движение в обоих направлениях слабое. Ближе к Карловке интенсивность еще меньше.
Подъезжаем к дамбе: на краю и насколько позволяет обзор из окна автобуса – разрушенные дома. Однако маленькие придорожные магазинчики открыты, редко, но встречаются люди. Отель «Карловы Вары» как оазис посреди пустыни – ни одна пуля не зацепила.
Сразу за Карловкой расположено село Уманьское. В селе идет обычная жизнь. Трактора работают на полях, на стадионе дети играют в футбол. Сельские жители – на огородах: погода позволяет.
Со слов Дениса Наумова, офицера Сумской 58-й отдельной мотопехотной бригады, мне стало известно, что в его бригаде сегодня знаменательное событие – за заслуги перед родиной командующий АТО награждает бойцов. По инструктажу ему запрещено называть звания и фамилии военнослужащих, но я имел возможность с разрешения Дениса побеседовать с двумя отличившимися воинами, когда прибыли в Авдеевку.
Василий из Винницкой области, который на родине работал инкассатором, и бывший железнодорожник Андрей из Львова и предположить не могли, что в Украине будет война и они окажутся в зоне конфликта. «Нас наградили за то, что мы не остались дома и пошли защищать свою страну», – говорит боец Василий.

Авдеевская промзона
Отъехав от села километров 20-30, можно увидеть трубы Авдеевского коксохима, так называемую промзону, а рядом с ней находится жилой микрорайон. Летом 2014 года девятиэтажные дома приняли основной удар на себя. В один из них было до 40 попаданий, в другой – 20. Все обитатели покинули дома-смертники, однако возле одного из подъездов есть люди и даже играют дети. На некоторых балконах висит белье.
Жители соглашаются на беседу, но категорически отказываются от съемок, боясь накликать беду. Один из мужчин, который представился Иваном, жителем уцелевшего дома, пояснил, что его семья всего за несколько месяцев до начала войны поселилась в этом доме. Но их мечтам о радостной и счастливой жизни в своей квартире не удалось сбыться. Как только в Авдеевке раздались первые выстрелы, его семье пришлось переехать в более безопасный район города. По словам Ивана, в квартире от взрывов разрушены окна и межкомнатные перекрытия. Он приехал на квартиру, чтобы забрать кое-что из личных вещей. На мой вопрос, как обстоят дела с мародерством, Иван с горечью ответил: «За два года отмародёрили все, что можно и что нельзя, как говорится, унесли все, что не прибито гвоздем. Уже выносить нечего».
Чтобы посмотреть на все собственными глазами, захожу в подъезд. Везде царит хаос и разрушение. Большинство дверей в квартирах отсутствуют, на лестничных клетках мусор и куски штукатурки, битое стекло. На сохранившихся входных дверях висят плакаты, которые написали жители. Самые стойкие, около 20 семей, ни разу во время обстрелов ни покидали девятиэтажки и продолжают там жить до сих пор.

Жуля И Порох
Как и в мирных городах, возле подъезда на солнышке грелся черный кокер-спаниель. По всей видимости, пса оставили жители во время эвакуации. Как это часто бывает, собаки преданно ждут своих хозяев и никуда не уходят от родного дома. Жители домов, и бойцы взяли опекунство над псом и дали ему кличку – Жуля.
Заметно, что Жуля всеобщая любимица, – шерсть лоснится, а сама собака довольно упитанна. По словам представителей добровольного волонтерского медицинского объединения, после предательства друг человека не доверяет гражданским, а льнет к своим спасителям в камуфляжной форме.
Журналист телекомпании «Орбита» Сабина Юркина рассказала мне, что когда их бригада посещала Авдеевку, госпитальер Семен поведал интересную историю о коте Порохе, которого назвали в честь Президента. Порох прибился к госпиталю в Песках. Скоро он стал всеобщим любимцем и талисманом. Переезжая с позиции на позицию, медики возили с собой кота. Таким образом, Порох успел повоевать в Песках, Первомайске и Карловке. Семен позвонил кому-то по телефону и попросил привезти любимца в Авдеевку, потому как без кота и жизнь не та!
По рассказу госпитальера, в Песках при госпитале кроме Пороха обитало еще восемь котов. У представителей семейства кошачьих настолько развито чувство опасности, что по их поведению военные определяли, куда будут лететь мины. Если котейки не покидают помещения, значит, тревожиться во время обстрелов не стоит.
Однажды командование дало приказ отойти из Песок в связи с бомбежками. Несколько часов медики пережидали в безопасности, затем вернулись на свои позиции. Каково же было удивление госпитальеров, когда вместо восьми питомцев по возвращении они насчитали двенадцать. Все коты были целы и невредимы и прекрасно себя чувствовали.

Стоматологи-волонтеры
Во дворе расположился передвижной зубной кабинет «Укроп Дентал». Стоматолог Дмитрий Жавора рассказывает, что мобильный пункт оказывает стоматологическую помощь всем желающим бесплатно. Сюда могут обратиться как бойцы ВСУ, так и мирное население. По словам Дмитрия, они используют в своей работе самые современные технологии: фотопломбы, рентген и т.д.
Сейчас в передвижных кабинетах работают стоматологи со всей Украины. А начиналось волонтерское движение по оказанию стоматологических услуг год назад с Запорожья.
Врачи берут отпуск и приезжают в зону АТО. Мобильные кабинеты «Укроп-Дентал» есть в Карловке и Зайцево. За год волонтеры-стоматологи приняли 10 тысяч человек. Сам Дмитрий до июня 2014 года жил и работал в Донецке. С момента выезда из родного города и по настоящее время регулярно помогает людям.
Там же находится и передвижной госпиталь, куда ежедневно с позиций привозят от трех до пяти пострадавших, иногда больше десяти. Бригада врачей, состоящая из двух человек, один из которых фельдшер, – вот весь медицинский персонал госпиталя. По словам медиков, к ним едет подкрепление, в том числе и хирург. После оказания первой медицинской помощи раненых направляют в более мирный Красноармейск, где расположен 66-й госпиталь.
Мне запомнилась одна из многих встреч с командиром подразделения с позывным «Яблоко» и его группой бойцов, которых встретил на одной из улиц города. На вид, если бы не камуфляжная форма, командира можно было принять за простого хлебороба. Во всем его облике было спокойствие, тон уравновешен. «Мы находимся рядом с мирными жителями, – сетует «Яблоко», – и поэтому невольно страдает гражданское население. Некоторые не захотели уезжать, потому что некуда. Стараемся помогать людям, чем можем, делимся продуктами».
По его словам, он воюет с 2014 года. За это время много ребят поменялось. Некоторые после демобилизации поступили в военные училища. В его подразделении есть и «философы», и «профессора», и бывшие милиционеры. Несмотря на разный взгляд на многие вещи, всех их объединяет одно – желание мира и справедливости.
«Мой интерес – сдать металлолом (поднимает автомат) и поехать домой, – шутит «профессиональный безработный» с позывным «Профессор», – в молодости отслужил в армии, получил вторую профессию. Началась война, сказали, что нужно применять профессию по назначению. Мобилизовали, служу опять! Жизнь продолжается, весна пришла, все будет хорошо».

«Война — это пересмотр жизненных ценностей»
На вопрос, как он оказался в зоне АТО, воин с позывным «Шульц» ответил: «Теща говорила, что я слишком много места занимаю». У Шульца своя философия на происходящее: «Все вокруг твердят о золотовалютном запасе, а на самом деле золото – вот оно (показывает на ребят). Они бьются не за Петю, не за Турчинова, а за свою страну, за другую жизнь. Поменялось общество, но не поменялись политики… Мы смотрим на войну через призму смертей… Но война не только смерть, но и реинкарнация, пересмотр жизненных ценностей… Будь чистым внутри себя – вот это приведет нас чему-то другому».
В центре Авдеевки улицы малолюдны, но везде чисто, стволы деревьев побелены, магазины работают. Во многих пятиэтажках окна забиты фанерой, на фасадах следы от осколков. На улице Гагарина восстанавливают детский сад «Малыш» после разрушений, причиненных войной. Редкие прохожие на улице, как и возле разрушенных домов, не очень охотно, но все-таки общаются со мной. Возле одного из магазинов я познакомился с местной пожилой жительницей, которая представилась Марией Ивановной. На мой вопрос, почему она не выехала из города, она пояснила: «У меня старые родители, и тем более моя мама лежачая, чтобы перевезти ее, понадобилась бы скорая помощь. А потом как я с лежачей больной в другом городе устроюсь? На какие средства я смогу снимать жилье для своей семьи? Где смогу найти работу? Сейчас на «Химике» относительно спокойно, но в старой части города невозможно находиться. У меня там дом, но за два года, ни разу в нем не была. Перестрелки бывают каждый день, и находиться в этом районе опасно».
Что касается социальной жизни, город постепенно оживает. Завод выплачивает зарплату, работают банки, почтовые отделения и службы доставки.
«По сравнению с тем, что было, – говорит Мария Ивановна, – стало гораздо легче. В первое время Авдеевка как вымерла. Чернобыль номер два! Света не было, тепла не было, слава Богу, газ не отключали. За счет газа мы и жили, отапливали дома. Мы по-прежнему прислушиваемся к каждому звуку, я расслабляюсь, когда приезжаю по делам в Красноармейск. Там я спокойно могу посидеть на лавочке, не думая об опасности».
Сейчас в районе «Химик» работают две школы из шести и два детских сада. Зимой городские власти даже устроили для горожан проводы Масленицы. Люди постепенно возвращаются. Но говорить о стабильной обстановке еще рано.
День прошел незаметно, хотя и встреч и впечатлений было много. Только в автобусе я почувствовал, насколько устал и насколько меня переполняли противоречивые чувства и мысли.
Посмотрев в окно, увидел, как Авдеевский коксохим пустил струю белого дыма, как бы прощаясь со мной. Я почувствовал, что снова дома, когда на горизонте показались шахтные терриконы Красноармейска и его районов.

Фото 1. Та самая авдеевская «Промка»

Фото 2. Девятиэтажные дома которые приняли основной удар на себя

Фото 3. Собака, которая преданно ждет своих хозяев и никуда не уходит от родного дома.

Фото 4. Прощание Авдеевского коксохима