Суми: новини, події, коментарі

Нотехс - будівництво у Сумах

Пернатая семья

174

Каждую зиму сумчанка подкармливает сотни птиц

Андрей Поляков

Зимой перед окнами Анны СКВОРЦОВОЙ целый день дежурят птицы. Но ждут они от неё не только очередной порции «подкормки» в такое нелёгкое для них время. Кроме птичьего завтрака, обеда и ужина пернатые ожидают от своей спасительницы человеческого тепла, душевной заботы и внимания.

Не хлебом единым

Сейчас Анна Скворцова на пенсии. До этого 40 лет проработала в областном краеведческом музее, из них — 35 лет заведующей отделом природы. «Птицы — это и часть работы, и увлечение», — говорит она. По её словам, люди часто приносили в музей подобранных на улице птиц: «Люди считали, что в отделе природы наверняка о птицах позаботятся. Правда, были и такие, что предлагали из них сделать чучела. Птиц мы передавали юннатам, но бывали случаи, когда заботились о них сами».

Однажды Анна Михайловна услышала пронзительное чириканье, доносящееся с чердака здания. Как оказалось позже, воробьиное гнездо через дырку в крыше упало на чердак. Чтобы достать зовущего на помощь воробья, понадобились большая лестница и навыки скалолаза. «Воробья мы достали. Он был крошечным и неоперившимся. Из коробочки соорудили гнёздышко, выстелив дно тёплыми тряпочками. А потом всем музеем собирали для него мух. Я подумала, что мы не сможем его выкормить, и решила возвратить гнездо с воробьём на место. На чердаке, рядом с разбившимся вдребезги гнездом, я нашла второго воробья», — вспоминает она.

И тогда женщина решила сама вырастить птиц. Сначала было нелегко, т.к. кроме определённых знаний требовалось ещё и терпение. Приготовленную их новой мамой еду воробьи с удовольствием поглощали каждые 10–15 минут. «Я взяла отварной желток яйца, немного свежего творога и кусочек булочки. Из этих ингредиентов делала малюсеньких червячков. Чтобы прокормить птенцов, соблюдая график кормёжки, приходилось носить их всюду с собой, даже если на выходные уезжала к родственникам», — рассказывает Анна Михайловна.

По её словам, «выкормыши» быстро росли и в течение двух недель сидели смирно в своём гнёздышке, не пытаясь выбраться из него. «Стоило их взять в руки, как они начинили вырываться и лезли обратно к себе в гнездо. Но вскоре всё изменилось. Пришло время, когда в гнездо их просто невозможно было загнать. Однажды они вылезли из него и по вьющемуся цветку полезли под потолок. Ну, всё, подумала я, как же теперь их кормить? В помещении находилось около десяти работников. И вдруг воробьи сорвались с места, полетели и сели мне на плечо», — вспоминает пенсионерка.

К осени воробьи выросли. После первой линьки по расцветке оперенья стало ясно, что это самец и самка. «Прожили они с нами шесть лет, свободно летая по квартире. Они знали свои имена. Наверное, не было случая, чтобы воробей на своё имя Сивушка не отозвался в ответ — всегда чирикнет. Нашего прихода с работы птички ждали. Стоило перешагнуть порог — воробьи садились нам на руки. Ели вместе с нами за общим столом, но пили только у меня изо рта слюну», — улыбается Анна Михайловна.

Трёхразовое питание

Кроме воробьёв, в разное время в квартире Анны Михайловны жили синицы и грач. Птиц она в клетке не держала. Говорит, что не может видеть их в неволе. По её мнению, птицы прекрасно понимают человека. Был случай, когда она по телефону сказала мужу, что грача надо отдать юннатам. «Грач как будто понял мои слова и перестал брать от меня пищу. Несколько дней он сидел голодным и ждал, когда приедет мой муж. Как только он переступил порог, грач сел к нему на плечо и начал клювом расчёсывать ему волосы, бороду и даже брови», — делится воспоминаниями Анна Михайловна.

Синицы — индивидуалисты, воробьи — общественники

Сейчас в её квартире птицы не живут. Но стоит ей только приоткрыть окно и бросить корм, как слетаются все её пернатые питомцы. Многих она знает в «лицо» и дала им имена. Грушка, Медляк, Быстряк и Зульфия — это лазоревки (голубые синицы). Ахмед — тоже синица, но в последнее время Анна Михайловна что-то не видит его у кормушки. Пик и Пика — сороки. «Сороки любят твёрдый сыр. Утром я их зову, и они прилетают за кусочком лакомства. Синицам каждый день наливаю тёплую водичку в блюдечко. Они любят семечки и подкормку, сделанную из яичного желтка, творога, сыра и печенья. Воробьи предпочитают пшено, просо, ячневую или кукурузную крупу. А перед варёной картошкой, в которую я добавила одну из этих круп, они просто не могут устоять», — рассказывает она.

Анна Скворцова заметила, что лазоревок в городе становится с каждым годом всё больше: «А ведь это не городские птицы. Воробьи делятся на полевых и домовых. Различить их можно по окрасу. У полевых на голове шапочка шоколадного цвета, у домового голова серенькая, а по её бокам — коричневые пятна. Всё чаще в городе можно увидеть мухоловок, белошеек, большого и малого дятла, а также сирийского. Если стрижи, зяблики и ласточки летние птицы, то свиристели, дрозды, чижи, чечётки, клесты и многие другие прилетают к нам осенью. У всех птиц своё поведение и манеры во время приёма пищи», — говорит Анна Скворцова.

По её словам, птиц лучше приучить кушать по часам: «Я их кормлю в восемь часов утра, в одиннадцать и в два часа дня. Сейчас день увеличился, поэтому можно им что-нибудь бросить ещё и на ночь. За день воробьи съедают один килограмм зёрен. Первыми прилетают синицы, потом воробьи. Сороки прилетают около 08:00. В прошлом году всю зиму во дворе жил поползень. В России его называют ямщиком по характерному свисту. Прилетал и дрозд. Я долго не могла понять, чем его кормить. А потом увидела, как с удовольствием он доедал кем-то выброшенное яблоко. Кроме яблока я подкармливала его изюмом. Так он до марта и жил во дворе».