Народное депутатство руководителя Сумского обкома КПУ Владимира ДАНИЛЕНКО из-за возможных досрочных выборов может закончиться, едва начавшись. Но таких людей, как правило, ни должности, ни смена статуса не меняют — они остаются верны своим принципам. Идейный коммунист Владимир Даниленко поделился с читателями «r» своими суждениями о голодоморе, коллегах по Верховной Раде и людях, предавших Компартию.
r: Вы признаете, что голодомор в Украине был?
В.Д.: Голод был — это трагедия, доказанная всем ходом истории. Оценку этому факту партия дала, будучи при власти. Но сейчас мы не говорим о классе кулачества, который прятал зерно в коморах, под церквами. Оно гнило там, а люди пухли от голода. Почему мы об этом не говорим?! Да, тогда был неурожайный год. Голод был, но не геноцид, потому что голод не разбирался в национальностях: русский, еврей или белорус. Голодом было охвачено и Поволжье. Тогда в сложнейших условиях шли целевые выделения зерна на посев, на поддержку сирот. Много делалось хорошего. Были перегибы, но они делались не российским народом, а нашими людьми, которые были на местах.

r: Вы признаете, что голод в Украине и России спровоцировали коммунисты?
В.Д.: Нет. Никогда не признаю такую трактовку. Архивные документы говорят о том, что голод не был спровоцирован. Он был создан климатическими условиями, неурожаями предыдущих лет и классом кулачества. Мы не возражаем против изучения этого трагического периода, но не с однобокой стороны, как сегодня это делается президентскими структурами. Мы согласны поставить памятные знаки в память об этой трагедии. Мы не согласны с поголовным переименованием. Ну, какое отношение имел Владимир Ильич Ленин к голоду 32–33 гг., если он умер в 24-м году?!

r: Вы давно знакомы с нардепом-бютовцем Иваном СИДЕЛЬНИКОМ. Его можно назвать вашим товарищем?
В.Д.: Когда-то я считал его своим товарищем, тогда мы были в одной партии. Он был коммунистом, первым секретарем Путивльского райкома партии, потом — секретарем областного комитета и курировал сельское хозяйство. Я тогда был первым секретарем Лебединского райкома, это было в 1987–91 гг. Сейчас человеческие отношения у нас нормальные, но, чтобы мы очень дружили друг с другом, этого нет. Здороваемся, спрашиваем, как дела. Когда он праздновал свой день рождения, его поздравляли на сессии Верховного Совета.

r: Вы считали его товарищем до того, как он в 90-м году вышел из партии?
В.Д.: Моя позиция в этом плане жесткая. Я считаю, что предавший один раз способен предать еще.

r: Считаете, что Сидельник предал Коммунистическую партию, когда вышел из нее?
В.Д.: Наверное. Будучи секретарем областного комитета, порвал с идеологией — считаю, что это не делает ему чести. Осторожно отношусь к таким людям.

r: Кто из нынешних политиков поступил так же — сменил КПУ на другую партию?
В.Д.: Тот же Петр ГУЧЕНКО (бютовец, секретарь Сумского горсовета. — «r») был секретарем Заречного райкома партии. Сегодня он в БЮТ. Тот же ЛАПИН Евгений Васильевич (член Партии регионов, глава правления ОАО «Сумыхимпром». — «r»), он был первым секретарем Заречного райкома партии. Еще хочу назвать Юрия Сергеевича СЕРБИНА — бывшего первого секретаря Шосткинского горкома партии, а сегодня — нардепа от БЮТ. Александр Фёдорович ЛАВРИК — нынешний замглавы облгосадминистрации — был секретарем Сумского горкома партии, тогда проводил в жизнь идеологию компартии, а сегодня он в «Нашей Украине». К сожалению, их немало.

r: Их можно причислить к предателям?
В.Д.: Предатели — это грубо. Просто это люди, которые, исходя из ситуации, стремились к собственному благополучию. Когда Компартия была нужна для их профессионального роста, они были в партии. А когда партия оказалась в тяжелейших политических условиях (мы создавали заново всю партийную структуру), они ушли. Это на их совести.

r: Возможно, они решили, что Коммунистическая партия бесперспективна, ведь коммунисты долго правили, но не принесли счастья?
В.Д.: Коммунистическая идеология была и будет. Она построена на анализе развития общества, вбирает в себя дух коллективизма, справедливости, защиты трудового народа. Если посмотрим моральный кодекс строителя коммунизма, то организации лучшего общества еще не придумано. Просто при исполнении этого, возможно, были допущены промахи, потому что не было образца. Мы были первопроходцами построения социалистического общества. Но допущенные просчеты были созданы объективными условиями, которые складывались во время Гражданской войны, коллективизации, индустриализации. Мы и сегодня пользуемся результатами того гигантского индустриального потенциала, который был создан в послевоенные годы. Так что не «бесперспективность». Я бы назвал их приспособленцами. Они защищали свои собственные интересы в сложившейся ситуации.